Интеллектуальная  жизнь

Вовсе нет. Однако мы не должны заблуждаться относительно их значимости и довольствоваться перестройкой призрачного города. Усилия, направляемые исключительно на реформу Университета, грозят заслонить от нас масштабы стоящей перед нами — в гуманитарных, социальных и естественных науках — задачи переосмысления категорий, которые более двух столетий определяли интеллектуальную жизнь.

Мы должны понять, что Университет — это институт в руинах, и задуматься о том, что значит обитать на этих руинах, не предаваясь романтической ностальгии. Троп руин давно стал частью интеллектуальной жизни. Кампус Университета штата Нью-Йорк в Буффало украшают искусственные бетонные руины, имитирующие греко-римскую храмовую архитектуру. Данная конструкция могла бы показаться неуместной в Северной Америке, не будь она прямым следствием изложенной мной выше истории — истории встречи эпохи модерна с культурой, воспринимаемой в качестве инструмента нового синтеза знаний, возвращающего нас к изначальному единству и непосредственности утраченного истока, будь это всепроникающий солнечный свет и ослепительная белизна искусственной античности или земное социальное единство шекспировского «Глобуса»4. Эта идея была в ходу по крайней мере начиная с Ренессанса, который на самом деле случился в XIX в., воплотившись в ностальгии Буркхардта, Патера и Мишле по первородному мигу воссоединения культуры (я обсуждал формы этой ностальгии в другом тексте5).

Цикл сонетов «Древности Рима», принадлежащий перу дю Белле, является, по замыслу автора, первым

шагом к ренессансу Франции как лингвистически однородного национального государства, ренессансу, к которому он призывает в своей работе «Defense et illustration de la langue franchise»6. Претензия на новое начало и национальную самобытность несколько ослабляется тем, что его рассуждения представляют собой по большей части пиратский перевод итальянского диалога Сперони. Франция, говорит дю Белле, станет современным национальным государством, только если придаст новую жизнь и критический блеск национальному языку — задача, которую он решает, взяв за исходный план руины Рима. Утраченное великолепие будет заложено в фундамент обновленного языка, точно так же, как камни римских монументов использовались для возведения ренессансных дворцов.

Ваш коментарий: